День рождения

Женщин не принято спрашивать об их возрасте, пожилых в особенности. Но бабушка Хутык и бабушка Мэлгынковав пожилые до такой степени, что все эти условности ни к чему, а мне интересно узнать, сколько им было, когда американцы строили в Наяхане радиостанцию, когда пришли бочкаревцы и, наконец, когда арестовали и увезли на баржах богатых оленеводов? Об американцах обе бабушки ничего не помнят и уверены, что мачты стояли в Наяхане всегда. Бочкарева бабушка Хутык не видела, а бабушка Мэлгынковав только один раз, да и то сквозь щелочку в яранге. Бочкарев вместе с солдатами приехал в их стойбище, приказал забить шесть оленей, погрузил мясо и уехал. О кулаках бабушка Мэлгынковав рассказывает более подробно. Ее дядю объявили кулаком только за то, что у него были две собачьи упряжки. Сначала в стойбище приехали три милиционера и их начальник. Этот начальник хорошо понимал по корякскому, но делал вид, что не понимает. Вот и подслушивал, о чем говорят между собой коряки. Потом дядю арестовали, отвезли в Гижигу, а оттуда погрузили на баржу, и с тех пор о нем ничего не слышали,

-Вывезли далеко в море и всех утопили, - без тени сомнения заявляет бабушка Мэлгынковав. - Он сильный был и очень выносливый. Когда на празднике боролись, всех побеждал. Ночевал неделями в снегу без всякой яранги, и несколько дней ничего не кушал. Если бы не утопили, обязательно выжил. Милиционеры тогда многих арестовали и в Гарманде, и Парени, и Камешках.

-А шаманов они не трогали?

Бабушка Мэлгынковав, прикрыв глаза, старается вспомнить, как поступали с шаманами, но это ей не удается. Она разводит руками и обижено заявляет:

-Совсем не помню. Неграмотная я. Кто помоложе, у них спросить можешь.

На помощь подруге приходит бабушка Хутык:

-Нет, шаманов не трогали. За что их трогать? У нас шаман Икавав самый бедный был на все стойбище. Своих оленей совсем не имел. Когда на охоту ехал, у моего отца брал или у Толповала.

-Не очень важный был у вас шаман, дорогие бабули, если не сумел сам себе оленей нашаманить, - улыбаюсь я.

-Зачем говоришь плохо? Он хороший шаман был. Самый лучший! – с возмущением протестует бабушка Хутык, - Возьмет бубен, обойдет вокруг стада, ни один олень через его след не переступит. Три дня все стадо будет кружить на месте, а все равно не переступит. Или важенка кормить олененка не желает, бросила и побежала, как сейчас некоторые женщины в поселке делают. Шаман что-то такой важенке тихонько на ухо скажет, она сразу побежит к своему теленку и кормит. Теперь так ни главный зоотехник, никто делать не умеет. А Икавав каждый раз так делал. Копытку тоже лечил. Сегодня многие олени хромали, даже, дохлые валялись, а завтра ни один хромать не будет.

-А людей лечил?

-Конечно. Одна женщина в Парени заболела, шаман об этом узнал, к моему отцу пришел, сделай, говорит из каменной березы два длинных крючка. На снегу нарисовал, какие крючки ему надо. Отец долго старался, строгал, наконец, сделал. Шаман посмотрел, говорит: “Пойдет!” Потом этой женщине через рот прямо в кишки крючок затолкал и вытащил свернутый в кольцо волос. Говорит, теперь болеть не будет, но все равно скоро умрет. Видите, как волос сильно скрутился. Так всегда перед смертью бывает. И правда, болеть совсем перестала. Упитанная стала, красивая, как молодая важенка. Потом спать легла и умерла.

-Вы сами это видели? - спрашиваю бабушку Хутык.

-Все люди видели, - утвердительно кивает она. - Когда Икавав ей крючок в кишки заталкивал, я вот так совсем близко сидела.

-А сколько вам тогда лет было?

-Не помню. Уже, наверно, большая была. На рыбалку ездила, юколу делала. Вот как сейчас Лариска, была.

Внучке бабушки Хутык, о которой идет речь, лет тринадцать.

-А сколько вам сейчас?

Бабушка Хутык виновато смотрит на меня, переводит глаза на бабушку Мэлгынковав и, наконец, признается:

-Не знаю. У нас никто этим не интересуется.

Теперь моя хозяйка приходит на помощь подруге:

-Тогда этим никто не интересовался. Ни я, ни дед Хэччо, никто не помнит. Даже некоторые молодые совсем не помнят.

-Но как же вы оформили пенсию - на глазок, что ли?

-Зачем - на глазок? - с обидой говорит бабушка Мэлгынковав. - Нормально в конторе оформили. Пришли туда, Наташка спрашивает, сколько вам лет записать? Уже совсем старая, пенсию получать нужно. Я говорю, пиши сто лет. Она говорит, это много, вам семьдесят хватит. Я говорю, а пенсия тогда большая будет? Она говорит, нормальная будет, как всем. Тогда говорю, запиши семьдесят. Она записала. А ты говоришь - на глазоок!

-А день рождения какой поставила?

Снова бабушка Мэлгынковав в смятении, но скоро находит выход:

-Никак не поставила. Зачем мне день рождения? И так нормально работаю.

-Но вы хоть от родителей помните, когда родились?

-Мама говорила, когда в Парень из охоты прикочевали, тогда и родилась.

-Это значит ваш день рождения в апреле или мае, - решил я вслух. Затем обратился к бабушке Хутык. - Вы тоже не помните?

-Зачем - не помню? - обиделась та. - Хорошо помню. Как раз на День танкиста. Как день танкиста приходит, так и родилась. Надя и Галя поздравляют. Рита тоже поздравляет.

Я невольно рассмеялся:

-Во-первых, день танкиста не имеет постоянного числа. То десятого сентября, то двенадцатого, то еще когда. Его только по воскресеньям отмечают. Во-вторых, когда вы родились, еще и танков не было.

-Почему - не было? - удивленно возражает бабушка Хутык. –Когда я в контору пришла, Наташка дала календарь и говорит “Выбирайте себе день рождения. Какой понравится, такой и запишу”. Я смотрела, там парень такой красивый, все равно, что наш Костя, который на вездеходе работает. И шапка такая, и вездеход. Только на картинке совсем красный. Наташка говорит: “Молодец! Правильно выбрала. Это день танкиста будет”. И все нормально записала.

Я немного посмеялся, и в моей записной книжке рядом с пометками о золотом корне, названиях сопок и ручьев, адресами недавно встретившихся на рыбалке геологов появилась запись: “Бабушка Мэлгынковав родилась весной - апрель-май, бабушка Хутык - на день танкиста”…